Учёные выявили латуневые технологии Сасанидской империи Мерва и Ниневии

Новые данные археологического исследования находок из Мерва и Ниневии показали, что технологии обработки латуни в Сасанидской империи могли быть значительно более развитыми и широко распространёнными, чем считалось ранее. Работа предполагает, что мастера-металлурги не ограничивались традиционной бронзой, а активно экспериментировали с латунью, объединяя эстетические качества, военное применение и технические новшества.

Долгое время металлообработка древнего Ирана рассматривалась преимущественно через изделия из бронзы, серебра и золота. Латунь — сплав меди и цинка — лучше изучена в римской, византийской и более поздней исламской традиции, тогда как её роль в Сасанидской империи (224–651 годы н.э.) оставалась неясной.

Ситуация начала меняться после нового исследования. Учёные проанализировали изделия из медных сплавов из двух ключевых приграничных регионов — Мерва (современный Туркменистан) и Ниневии (северный Ирак). Для изучения применялись рентгенофлуоресцентный анализ, сканирующая электронная микроскопия и цифровая рентгенография. В результате были выявлены признаки использования латуни как в литом, так и в кованом виде, что указывает на более сложную технологическую картину.

Выбор Мерва и Ниневии имеет особое значение. Мерв считался крупным городским и военным центром северо-восточных областей, связанным с маршрутами, ведущими в Хорасан, северный Афганистан, район Амударьи и Центральную Азию. Ниневия, бывшая столица Ассирии, сохраняла заселение вплоть до поздней античности, а в более позднее время здесь находили редкие сасанидские шлемы.

Эти два пункта находились на противоположных окраинах имперского пространства Сасанидов. Обнаружение латуни в обоих регионах говорит о том, что материал не был единичным явлением, а входил в общую систему использования металлов на границах государства.

В Мерве исследованы фрагменты изделий из медных сплавов. Около четверти небольшой коллекции, вероятно, содержала примеси латуни. Среди находок — шпилька для волос с инкрустацией лазуритом и цветным стеклом, части браслета, элементы фурнитуры, бусины и головка булавки. Датировка предметов охватывает IV–V века, а также VI–VII века.

Содержание цинка в образцах заметно варьировалось — от низких значений до высоких концентраций. Это важно для интерпретации: повышенное содержание указывает на использование первичной цементационной латуни, тогда как низкие значения могут говорить о переработке или смешении сплавов. Таким образом, металлурги Сасанидов работали не с случайными примесями, а с различимыми латунными материалами, пусть и нерегулярно поступающими.

Ранние изделия из латуни в Мерве в основном были литыми. Это позволяет предположить, что важным фактором изначально был внешний вид: латунь визуально ближе к золоту, чем к бронзе, что имело социальное значение. Украшения из неё не сопоставлялись с элитным золотом, но создавали эффект более высокого статуса для менее знатных слоёв, занимая промежуточное положение между роскошью и практичностью.

Позднее появляются новые формы использования. Кованая латунь из Мерва и латунные элементы шлемов из Ниневии показывают, что сплав ценился не только за внешний эффект, но и за технологические свойства. Латунь удобна для обработки листового металла, легче поддаётся формовке, резке и пробивке по сравнению с бронзовыми сплавами, что делало её подходящей для мелких деталей, покрытий и крепёжных элементов.

Переход от литья к ковке отражает изменение подхода: литая латунь связана с эстетикой, тогда как обработанная — с техническим пониманием материала.

Наиболее показательные данные получены при исследовании трёх сасанидских шлемов из коллекции Британского музея, найденных в Ниневии. Эти изделия датируются VI–VII веками и относятся к редкому типу сегментированных позднеантичных шлемов.

Рентгенография показала, что конструкции состояли из множества пластин, полос и заклёпок. Анализ выявил использование латуни или латунеподобных сплавов с низким содержанием олова для опорных элементов, заклёпок и местами для покрытия железных деталей.

Шлемы представляли собой не только защитное снаряжение, но и сложные инженерные изделия. Железо обеспечивало прочность, а латунные элементы придавали поверхности золотистый блеск и усиливали визуальный эффект.

Исследователи предполагают, что применение латуни в военной экипировке может указывать на более широкое использование этого сплава в военной сфере Сасанидов. Пока это рассматривается как рабочая гипотеза, однако она предполагает существование организованных производственных систем и возможный государственный спрос.

Работа также помогает объяснить переход к более широкому использованию латуни в последующие эпохи. К раннему исламскому периоду этот сплав становится одним из основных медных материалов в Западной Азии, однако происхождение этого процесса долго оставалось неясным.

Находки из Мерва и Ниневии рассматриваются как возможное связующее звено. В более поздних слоях региона фиксируется увеличение содержания латуни с высоким уровнем цинка, что может указывать на регулярные поставки или местное производство к IX веку. Сасанидский период в этом контексте выглядит как этап активных технологических экспериментов.

Бронзовые традиции при этом не исчезали, однако латунь постепенно укрепляла позиции там, где её свойства давали преимущества. Отдельное значение имеет методология исследования. Существенная часть данных получена не из новых находок, а из повторного анализа музейных коллекций с применением современных технологий.

Во многих старых каталогах подобные предметы обозначались как «бронза» или «медный сплав», что скрывало технологические различия. Новая классификация части объектов как латунных меняет представления о ремесле, торговле и военном производстве Сасанидской империи. Открытие не связано с крупными археологическими объектами, а основано на анализе небольших предметов, фрагментов и элементов военного снаряжения.

Сасанидская империя, известная серебряными изделиями, элитным оружием и архитектурными достижениями, в свете новых данных получает дополнительное значение в истории латуни. На её окраинах уже происходили эксперименты со сплавом, который позже стал важной частью материальной культуры исламского мира.

Читайте также: